После того, как Марина похоронила 8-месячного сына, ей не хотелось жить. Благодаря собственной силе воле и поддержке мужа молодой маме удалось пережить трагедию и родить еще двоих малышей. Сегодня она поговорила об этом с нами.

Марина, детей у тебя по документам четверо, а по факту – трое…Как это случилось?

На тот момент у меня было двое детей. И когда младшему сыну – Диме – исполнилось 8 месяцев, он умер. Я его уложила спать днем, и сама прилегла в другой комнате, муж после суток тоже в тот момент спал. Ничего не предвещало беды.

Обычно Дима спал около часа. А тут я резко подскакиваю и понимаю, что он спит уже больше часа. Минут на 20 лишних…Захожу к нему, а он висит между реечками в кроватке, бортиков у нас не было.

У меня все упало внутри. Ребенок удушился, ору. Вытаскиваю его из этих реечек. Кирюше (старшему сыну) тогда было 4,5 года. Он забегает в комнату с вопросами: «Что случилось? Что случилось?».

А я ничего не понимаю. Сама не знаю, что случилось. На календаре 28 января. Зима, холодно, мы Диму в одеяло и в ближайшую амбулаторию.

Ждём. Я слышу, как ребенка реанимируют: «Дыши, дыши». Вызвали скорую, а она никак не едет. Их не было почти 25 минут, а потом сразу 2 бригады. Одни мне сказали: «Все нормально. Ребенок жив». А вторая бригада вышла, я их спрашиваю: «Ребенок жив?». И девушка показывает: «Нет».

И все. Я в слезы.

Марина снова плачет.

Меня все успокаивали. Таблетки давали. Поскольку все случилось около часа дня, в морг его забрали только в 11 вечера. Естественно, начались все эти разборки с полицией, завели уголовное дело, начали проверять.

Я сидела возле трупа своего ребенка, смотрела, как на нем появляются пятна, а следователь задавал мне вопросы в духе: «Вы что об ребенка бычки тушили? Что это у него на руке? Что это вы тут плачете?». А у Димы просто с рождения гемангиома маленькая на руке была.

Это ужасно…

Да. Следователь был, конечно. Думал, что мы маньяки какие-то. Нас хотел обвинить во всем. Я не билась в истерике, просто сидела в шоке. А муж был в бешенстве. Я думала, что он его разорвет. Благо, другие сотрудники были более адекватные, они вежливо спрашивали, в состоянии ли мы съездить домой, потому что им нужно все сфотографировать и допросить еще на месте.

Они спрашивали вплоть до того, из чего у нас двери, из чего кроватка, из чего пол. Я им отвечала: «Да это ламинат, вы что, не видите?». А они: «Мы все понимаем, но нам нужно задать эти вопросы. Дверь у вас какая? Железная? Или деревянная?».

Господи, да какая разница!

А какое заключение сделали врачи?

На следующий день мы приехали в морг и нам предварительно сказали: «Гнойный отит». Мы снова в шоке. Да он бы орал как резаный, если бы это были уши. Они пожали плечами, сказали приходить через 1,5 месяца за окончательным заключением. А потом вскрытие показало, что его погубила инфекция верхних дыхательных путей. Воспаление легких, если по-простому…

Шок. Мы с мужем, естественно: «Как? Кого винить? Почему не уследили?»

Он же вообще почти не болел, лишь покашливал около месяца, но температуры и насморка не было, никаких других симптомов.

В 5 месяцев я показывала его врачу в нашей старой поликлинике, говорила: «Он покашливать начал». Она мне ответила, что ребенок здоров, все нормально, это слюнки.

В 6 месяцев мы переехали в эту квартиру. Тут как раз плановый обход. Мне все говорят: «Ой, какой он у вас здоровенький Шварценеггер». А он у нас самый пухленький был. Как раз ходить уже собирался…

Почему я поверила, что это слюнки? Почему дальше не пошла по врачам? Как они смогли меня убедить, что все в порядке? Но ведь два разных врача смотрели, и никто не заметил воспаления легких.

Самое интересное, что как только все случилось, у нас исчезла медицинская карта из поликлиники. Нашлась только через несколько дней…

Все листочки были на месте?

Я не проверяла, но с тех пор все карты на руках храню. Теперь я знаю, что, если что-то случается, своих они сразу защищают и все сами проверяют. А после заключения врачей уголовное дело на нас закрыли.

Ты сразу решилась на еще одного ребенка?

Я просто поняла, что это единственный выход. Время не лечит. Ты просто привыкаешь с этим жить. После смерти Димы по закону мне надо было выходить на работу из декретного отпуска. А я не могла. Лежала целыми днями, грызла себя.

Ходила как больная по улице, подходила к мамочкам и говорила: «Девушки, извините меня, но, если вдруг ваш ребенок заболеет, идите сразу к врачу, не тяните!». Наверное, они думали, что я сумасшедшая.

А мне просто хотелось, чтобы люди знали, что все может быть. Что все эти бессонные ночи, шалости, проблемы…Все ерунда! Главное, чтобы дети были здоровы.

У меня вообще изменились все представления о жизни. Я поняла, что нельзя ничего загадывать. Ведь столько планов было…

Еще я очень корю себя за слова, которые говорила. Я люблю, чтобы все было чисто, все приготовлено, дети опрятные и чистые, муж доволен. И я очень психовала, что не успеваю, когда один ноет, второй ноет. Я не могла смириться, что сижу в декрете, что постоянно с ними куда-то бегу, все время учу. Мне хотелось самореализации…И я как-то один раз шла и сказала про себя: «Господи, ну когда я сдохну?!»

Потом уже, когда все случилось, я в церкви просила прощения: «Господи, прости меня, что я так про себя сказала». Я корила себя за то, что хотела немного отдохнуть и расслабиться, и за все это у меня забрали ребенка. Типа, на, расслабляйся, сама же хотела. Ненавижу себя за эти слова.

Ты ни в чем ведь не виновата.

Вот за ответом на этот вопрос я и ходила в церкви. Спрашивала у батюшек: «За что? Почему? Кто виноват?». В каждой церкви мне говорили абсолютно разное. Кто-то говорил, что это вас наказывают за ваших родителей, другой говорил, что это вы где-то нагрешили. И меня злило, что никто не может мне дать конкретного ответа. А потом я просто села и сама себя спросила: «Что я жду? Вот что мне должны сказать?» И я просто приняла тот факт, что теперь я без ребенка.

Он тебе снился?

Спустя почти 4 месяца Дима мне приснился. Это было на Пасху. Я так боялась, что он на меня обижен, что я его не сохранила, не уберегла. Я мужу говорила, что не успокоюсь, пока не увижу, что с ним все в порядке. И вот он мне улыбается и с ним рядом моя бабушка. И я ему говорю: «Бабушка присмотрит за тобой». Мне кажется, именно после этого я начала потихоньку отходить.

Как ты объяснила Кириллу? Он ведь был уже во вполне осознанном возрасте.

Он вообще по уму старше своих лет. Тогда ему было 4,5 года. Он все спрашивал, что случилось. Мне мама говорила, скажи Кириллу, что Дима в больнице, а потом уж как-нибудь.

Я так сказала сначала, а потом решила, что не хочу ему лгать. И когда он спросил опять: «А когда Дима из больницы приедете?». Я ответила, что никогда, что Дима теперь на облачке, и оттуда смотрит на нас. И во время прогулки он все время показывал на облака и говорил: «Ой, я вижу Димочку!».

Ты изначально планировала большую семью?

В том-то и дело. Я, когда родила Диму (второго сына), то сказала, что все, отстаньте. Не хочется мне больше беременной ходить. Двое детей – хватит. А после его смерти мы очень ждали появления Стаса. Я год не могла забеременеть после случившегося.

Когда он родился, муж заговорил о дочке. Но родился снова сыночек – Макар. Говорю теперь что, не дано мне рожать девочек. А муж все равно не успокаивается, говорит, пока дочку не родишь, не отстану.

Муж очень сильно поддержал, конечно. Он не винил меня, наоборот, себя корил, что лег спать в тот момент, что можно же было все исправить. А я ему в ответ, что это я виновата, что мне не надо было ложиться спать.

Я как раз хотела спросить. Ты вообще спишь?

Только сейчас я перестала бегать и проверять детей. Муж мне говорит, успокойся уже, ложись и спи. А я подрываюсь, бегу к старшему, дышит, бегу к следующему – дышит…И так всю ночь.

Это ведь реально не проходит. С этим просто учишься жить. Куда не поедем, я везде беру с собой фотографию Диму, говорю ему, что он с нами.

Ты не ходила к психологу?

Мы были у него с Кириллом. И она мне дала задание – нарисовать домик на песке: где ты себя посадишь, где детей, а где гостей. Я нарисовала всю нашу семью в одной комнате, а всех остальных подальше. И тогда она мне сказала, что я не отпускаю ситуацию. Что должна была нас с мужем в одну комнату поместить, детей в другую, малыша, которого нет с нами – в третью, а гостей – в четвертую…Но я ей говорила, что нет, Дима все равно с нами. Может это, конечно, неправильно.

Что ты сделала с Димиными вещами?

Я оставила несколько вещей, но никому из детей их не одевала. Просто изначально ложилась с ними спать, обнимала их. Теперь уже достаю иногда, плачу и обратно убираю. Димина серебряная ложечка до сих пор лежит у нас в общем доступе со всеми другими столовыми предметами. Я, когда вижу, что ее кто-то взял, чтобы размешать чай или кофе, впадаю в дикую истерику, кричу, чтобы ее никто не трогал. Мама говорит, так уберите ее тогда отсюда, но я хочу, чтобы она там лежала, вместе со всеми.

Понимаю, что это клиника с моей стороны, но я пока не готова убрать эту ложку, и вещи из комода. Я и так пересилила себя во многом, а в этом просто не могу. Благо, муж меня понимает. И пусть в этом январе уже будет 4 года, как его с нами нет. Я все равно с содроганием жду это число.

***

Команда МамаМобиля и Марина с детьми

В подарок Марина получила набор детской косметики от Amway. Коллекция средств G&H Baby придется по душе даже самым требовательным родителям.  Она включает эффективные и безопасные средства для ухода за кожей детей. Продукты не содержат парабенов, красителей, сульфатов и подойдут для ухода за кожей новорожденных.

***

Если у вас есть ребенок от 0 до 3 лет, вы находитесь в декретном отпуске и вам есть что рассказать о материнстве, тогда мы приедем к вам. Данная услуга предоставляется абсолютно БЕСПЛАТНО. Для вызова мобиля заполните форму на сайте.

Вам будет интересно!