Я — гордячка, всегда мечтала о сыне, красивом мальчике, умном и талантливом как мама. В моих мечтах он выигрывал олимпиады и конкурсы как я, получал медали и грамоты, поступал в хороший вуз на бюджет, становился успешным человеком. И я гордилась им безмерно заранее.
Сначала все было по плану. На УЗИ сын — первая галочка. Муж согласился с выбранным мною именем — вторая. Малыш красив, как ангелочек — третья. Расскажи вселенной о своих планах… Наперекосяк все пошло с родов. Недоношенность, врачебная халатность, сильная гипоксия, состояние средней тяжести, инкубатор. Проблемы с весом, проблемы с ГВ, бесконечные обследования, УЗИ мозга, все новые и новые болячки и постоянно страх-страх-страх. Меня накрыла жестокая послеродовая депрессия.
Малыш вроде развивался, не слишком торопливо, но и не критично отставал, все было нормально. В срок начал гулить и лепетать слоги. В срок пошел. Крепкий, высоченный и пухленький блондин с голубыми глазками.
Радоваться бы, а меня крыло, кричала, рыдала, швырялась чем попало, билась головой об стену, царапала себя, лишь бы его не калечить. С мужем три раза чуть не разошлась.
Безденежье, вечные долги по всем родственникам, болезни, еще вышку получаю. В квартире бардак, ничего не успеваю, спина после сына вся в защемленных грыжах, зубы гнилые, растолстела, покрылась прыщами, полысела. От нервов — экзема до кровавого мяса вместо ладоней и ступней… Неважно, много всякого с ума сводит, только за сына и держалась как за соломинку.
А тут моя соломинка надломилась. В год сын говорил «мама, папа, баба, кис, да, на» и слоги. Год и девять — остались только «мама, папа, баба». Родители успокаивали, мол, «подожди, заговорит, сестра твоя тоже поздно заговорила». Я ждала, читала книжки ему, делала всякие развивашки, болтала с ним без умолку. Только сердцем чувствовала — бесполезно. Муж заметил, что сын не смотрит в глаза и не отзывается на имя. Сравнивали с другими детьми на площадке — и понимали, что наш отличается. Он «зависает» где-то в своем мире, заторможен, неуправляем, общается только мычанием, частенько сидит, высунув язык и смотря в никуда. Прозрели — побежали по врачам, денег на которых нет. Колем уколы, даем лекарства, а чувствую, что толку нет и не будет. Талдычу ему каждый день «Это что? Это кто?», пою песенки, читаю, игры, потешки, развивалки, упражнения, болтаю с ним обо всем. А в голове яснее ясного — отдачи нет никакой, не поможет ему ничего, это навсегда так.
При других, включая мужа, держу мину до последнего, только останусь с сыном наедине — реву, бьюсь в истерике, злюсь и снова плачу, пока не начну задыхаться.
Хочу забиться в угол, как маленькая девочка и реветь белугой, пока мама не придет и все не решит. Хочу вернуться назад и никогда его не рожать. Я люблю его больше жизни, но не могу ничего сделать со своей поехавшей крышей. Я чувствую ненависть к нему, гораздо большую ненависть к себе, ярость, боль, разочарование и такое невыносимое отчаяние. А главное — бесконечную вину перед ним. Я виновата в том, что он такой, в том, что я плохая мать, не могу о нем заботиться, срываюсь на нем. Он не заслужил такого.
Я знаю, тут нужен психиатр, да только психиатр не научит моего сына говорить и смотреть в глаза и не даст мне денег, чтобы я не думала о том, на что буду завтра кормить ребенка.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Тест-драйв прогулочной коляски Maсlaren Atom
