Джуда был веселым и любознательным мальчиком, который всегда хотел со всеми познакомиться. Он любил слонов и проводить время с родителями и братьями и сестрами.

Он очень любил воду и играл бы в ней весь день, если бы я позволяла. Зная это, мы отдали его пораньше на уроки плавания. Нам сказали, что его научили спасать себя, если понадобится. Мы сделали все, что могли, чтобы убедиться, что он в безопасности, особенно, у воды.

В тот день мы были на барбекю у подруги, и все наши дети плавали в бассейне. Джуда был в жилете, поэтому я была уверена, что он в безопасности. Примерно через 20 минут он замерз, вылез из бассейна и попросил воды и полотенце. После нескольких неудачных попыток завернуть его, я решила снять жилет, чтобы вытереть. Это была худшая ошибка в моей жизни.

Как только я согрела его и завернула в полотенце, я помогла ему найти стул, чтобы сесть рядом со мной. Мы все сидели очень близко к бассейну, наблюдая за детьми и периодически считая головы. Джуда хотел занять мое кресло и пытался столкнуть меня с него, и я помню, как смеялась и говорила ему, что он командует.

Я не знала, что это будут последние слова, которые он услышит от мамы.

Я снова усадила его и стала смотреть на бассейн, разговаривая с подругой. Джуда незаметно выскользнул из кресла и вернулся в бассейн без своего жилета. Прошло около минуты, когда мы снова пересчитали головы и заметили, что его больше нет со мной. Мы с подругой начали бегать, отчаянно ища и выкрикивая его имя:

«Джуда! Малыш! Жу-Жу!»

Прошло несколько минут, прежде чем я нашла его в бассейне, сразу за лестницей. Он был на полпути ко дну, что означало, как я узнала позже, что к тому времени его легкие почти полностью наполнились водой. Я замерла. Я просто… не могла двигаться. Я не могла думать. Все, что я могла делать, это стоять, не в силах унять дрожь, выкрикивая его имя.

ДЖУДА! НЕ МОЙ РЕБЕНОК! О Боже, пожалуйста, не забирай моего ребенка!

Моя подруга пронеслась мимо меня и вытащила его из воды. Он не дышал. Моя подруга позвонила 911, в то время как мой муж и ее муж по очереди делали Джуде искусственное дыхание, пока не приехала скорая—девять минут спустя. Я закричала, чтобы они двигались быстрее. Я не могла понять, почему они не бежали, чтобы спасти моего ребенка.

В какой-то момент парамедики смогли заставить его сердце биться, и мы поехали в лучшую детскую больницу в Хьюстоне, где мой сын проведет следующие два с половиной дня в критическом состоянии и на жизнеобеспечении.

Врачи сразу сказали, что у ребенка шансы на выживание менее 30% и даже если он выживет, то из-за серьезного повреждения мозга всю оставшуюся жизнь будет зависеть от аппаратов.

Я слышала, что говорили мне врачи, но не понимала их слов. Я не могла заставить их проникнуть в мой мозг. Я не могла понять, как мой маленький мальчик мог плескаться с братьями и сестрами, а меньше, чем через час, лежать на больничной койке в коме, не в состоянии даже поддерживать температуру собственного тела.

Этого не могло быть.

Мы могли только ждать. И мы ждали. Я держала его холодную руку и плакала, умоляя его пошевелиться. Немного. Просто дай мне знак! Что угодно, лишь бы я знала, что он все еще здесь и готов бороться. Боже милостивый, пусть он борется с этим.

Все это время врачи наблюдали реакцию левого зрачка Джуды, указывающую на слабую мозговую активность. У нас все еще оставалась надежда. В течение следующих полутора дней она была, а затем исчезла. Все реакции исчезли. Мозг не выдержал.

Нас тихо провели в холодный кабинет, где мы должны были начать процесс передачи его храброго сердца и драгоценных органов другим мальчикам и девочкам, которые в них нуждались. Через несколько минут у сына в третий и последний раз остановилось сердце.

Он был самым младшим из семи детей. Он был нашим последним ребенком.

Когда я сидела в палате, беспомощно наблюдая за происходящим, то узнала, что утопление — это первая причина случайной смерти детей в возрасте 1-4 лет. Я узнала, что мальчики на 77% чаще тонут, чем девочки—и разозлилась. Я разозлилась, что впервые услышала об этом, когда мой ребенок умирал…

Почему я не слышала этого от педиатров? Воспитателей? Почему этого не было ни в одной из книг по воспитанию, на которые я всегда полагалась?

Мы слышим о безопасности автокресла с того момента, как узнаем, что беременны. Но утопление в 14 раз чаще является причиной смерти ребенка, чем автомобильная авария.

Почему все молчат об этом?

Я была не просто зла. Я была в ярости.

Благодаря этому мы начали разрабатывать брошюры по безопасности на воде. Сегодня их ежедневно раздают родителям по всей стране.

После нашей трагедии мы узнали, что ребенку требуется всего 30 секунд, чтобы утонуть, и что утопление очень часто происходит совершенно бесшумно. Это совсем не то, что показывают по телевизору. Никаких всплесков, никаких звуков, указывающих на происходящее. Это происходит почти полностью под водой.

Никто не знает, что плавательные средства дают детям ложное чувство безопасности. Дети в возрасте до пяти лет не могут понять, что именно жилет или нарукавники держит их на плаву.

Никто не знает, что есть разница между уроками плавания на выживание (ваш ребенок может спасти себя, если он когда-либо упадет в воду) и традиционными уроками плавания.

Никто не знает, что требуется несколько средств защиты (нарукавники, жилет, круг), чтобы ребенок по-настоящему был в безопасности около воды.

Я этого не знала. Большинство людей не знают таких вещей.

Кристи Браун

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Врач обвинил меня в инвалидности дочери

Вам будет интересно!
500