Моя беременность протекала хорошо, но в день последнего приема у гинеколога я поняла, что уже сутки чувствую себя странно. Врач проверила мою шейку матки и сказала, что открытие 4 сантиметра, начались роды.
Она отправила меня домой собирать вещи, и мы договорились, что я приеду в больницу на следующее утро, если к тому времени не отойдут воды. Утром я была там с вещами. Роды были мучительные и трудные, они длились почти 45 часов и за это время мне 8 раз делали эпидуральную анестезию, а в итоге доставали ребенка щипцами. После наложили 18 швов. Мы назвали дочь Оливией.
Я планировала кормить, поэтому приложила Оливию к груди, чтобы она попробовала молозиво. Я чувствовала себя совершенно разбитой после родов, но решила, что это нормально и мне просто нужно немного отдохнуть.
Спустя двое суток у меня все еще не пришло молоко, хотя грудь болела. Медсестры твердили, что в этом нет ничего необычного, а ребенок проживет и на тех каплях, что выделяются. Однако Оливия постоянно плакала от голода и не спала, я сама к тому времени была без сна уже 5 дней. Что еще хуже, все вокруг говорили, что в этом виновата я сама и неправильно прикладываю. Я чувствовала себя неудачницей.
О чем эта статья?
«Я ничего не могу сделать»
На четвертую ночь Оливия проснулась голодной в 4 часа утра, а я вместо того, чтобы взять ее на руки, повернулась к мужу и начала плакать. «Я ничего не могу сделать», — закричала я. – Это самое худшее, что когда-либо случалось». Муж, недолго думая, выбежал в коридор и привел медсестру. Она крепко обняла меня и сказала: «Я принесу бутылочку, и мы покормим ребенка».
Это было таким облегчением найти кого-то, кто не винил и хотел помочь мне.
После недели проведенной в больнице, пришло время возвращаться домой. Когда мы уже собирались уходить, медсестры измерили мне давление и сказали, что оно очень высокое. Врач объяснил, что придется назначить лекарства и мне нужно остаться в больнице еще немного. Через два дня меня все-таки выписали: без молока, зато с таблетками от повышенного давления.
«Я понятия не имела, что будет дальше»
Погрузившись в материнство, я не забывала принимать свои таблетки. И хотя я чувствовала себя не очень хорошо, но списывала это на травмирующие роды. Примерно через шесть недель мне наконец сказали, что я могу прекратить принимать лекарства, потому что давление стабилизировалось.
Через несколько дней после этого я упала в обморок в ванной. Мой муж вызвал скорую, и меня срочно отвезли в больницу. Там я сказала врачам, что неделю назад мне поставили внутриматочную спираль и, возможно, у меня токсический шок. Они назначили мне антибиотики, но лучше не становилось, наоборот, я раздулась как воздушный шар, начался сильный жар (температура поднималась до 42 °C).
Три недели врачи не могли понять, что со мной не так. Пока мой муж пытался заботиться о нашем 7-недельном ребенке, моя мама постоянно приходила в больницу и умоляла врачей помочь мне. «Вы не можете позволить ей умереть, — кричала она. «Она недавно родила ребенка!».
Я выкарабкалась. Только спустя несколько лет мне сказали, что это был синдром HELP – опасное для жизни осложнение беременности, которое похоже на преэклампсию, но иногда проявляется после родов. У меня были все признаки – отеки, высокое кровяное давление, отсутствие грудного молока, – но это было никем не замечено, потому что медсестры сосредоточились на том, чтобы заставить меня кормить грудью. Это чуть не убило меня.
«Несмотря на все мои страхи, я решила родить еще одного ребенка»
Через пару лет после всего этого я решила, что готова ко второму ребенку. Проконсультировавшись с моим гинекологом, сражу же после родов я стала принимать лекарства, блокирующие приток молока. Я не хотела ждать и гадать, придет ли оно, и снова переживать то, что было в прошлый раз. Я знала, что если приму таблетки, то медсестры оставят меня в покое.
Именно это и произошло. После рождения второй дочери никто не заходил в мою палату. Несмотря на мой анамнез, никто не пришел измерить мне давление или проверить моего ребенка. Мне казалось, что я в одиночном заключении.
Однажды ночью я отнесла дочь в детскую, чтобы хорошенько выспаться, и медсестра, посмотрев на ее карту, сказала: «О, вы на искусственном вскармливании». Я услышала осуждение в ее голосе. «Да, я кормлю смесью, так что она не доставит вам никаких хлопот, — сказала я. — Увидимся в 6.30 утра». И ушла.
«Меня судили и другие мамы»
Женщины на форуме, к которым я присоединилась после рождения Оливия, тоже реагировали на меня негативно. Я была единственной мамой среди них, которая кормила из бутылочки и вернулась на работу вскоре после родов.
Люди, только взглянув на меня, решили, что я из тех матерей, которые предпочитают не кормить грудью из-за собственного эгоизма. Но они понятия не имели, через что я прошла и что навязчивая идея нашего общества кормить грудью любой ценой чуть не оставила мою дочь сиротой.
Сабрина Роджерс Андерсон
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
