Гинеколог Анна Паржинская из Польши написала на Facebook пост-обращение, призывая людей не судить женщин, прерывающих беременность. Его поддержали тысячи пользователей со всего мира.

«Я была абортером. Я пишу об этом в прошедшем времени не потому, что перешла на «светлую сторону», а потому что у меня сейчас перерыв в медицинской практике.

В течение 6,5 лет я работала в отделении акушерства и перинатологии. Я (вместе с тремя докторами) дежурила по вторникам в родильном зале. В 14:15 обычно начинался доклад о пациентках из разных отделений. Я слушала обо всех, но больше всего меня волновало, как обстоят дела в родильном блоке. Зал № 4 занимался абортами.

Не раз и, к сожалению, не два мне случалось думать после прочтения диагноза:

«Э. Д. (39 лет). Беременность шестая. 17 недель. Как она может? Видно, что пыталась забеременеть, а теперь на аборт? Уже не такая молодая ведь…И все еще хочет обезболивающее? Пусть страдает – сама выбрала».

Дополнительная информация лишь подтверждала мои догадки, да, да, она старалась. Первая беременность в 39 недель – мертворожденный ребенок (причины не обнаружены). Следующие беременности закончились выкидышами в 8, 12, 16 и 20 недель. Я пошла поговорить с пациенткой. Войдя в знаменитую четвертую палату, я хотела ее выслушать.

На кушетке лежала хрупкая, заплаканная девушка. Она стонала, душевно страдала. Я это чувствовала. И она рассказала мне о каждой беременности. О каждой надежде, рождающейся в сердце после того, как она видела две полоски на тесте. О каждой потере, которая забирала кусочек ее души. На этот раз она сама решилась прервать беременность. Почему?

У плода нашли многочисленные патологии, указывающие на синдром Патау. Это подтвердил и амниоцентез. Дети с таким диагнозом в большинстве случаев не доживают до года. Они не выходят из больницы. Не улыбаются. Не садятся. Они только страдают, подключенные к аппаратам поддержки дыхания и желудочным зондам. Она не хотела для ребенка такой участи.

Для нее. Это была девочка.

И таких историй множество. В каждой, независимо от причин и обстоятельств, океан страданий, боли, сожаления, ярости, обиды. Это меняет женщину навсегда. И я могла бы написать больше, но вряд ли кто-то дочитал хотя бы до этого момента. Я могла бы сделать из этих историй шоу – тогда больше шансов на успех. Но не будет ни того, ни другого. Только одна деталь.

К счастью, эти истории изменили меня. Кто я такая, чтобы судить? Чтобы ставить условия? Чтобы лезть своими грязными туфлями и мыслями в чужую жизнь?

Я благодарна за то, что мне дана самая красивая профессия в мире. И да, я все еще верю, что это миссия. Терпеть то, что каждый день видишь и слышишь. Нарушая правила, разрешать мужу остаться на ночь, потому что иногда прерывание беременности длится несколько дней. Потому что, черт возьми, кого волнует, что я думаю. Потому что это служба и чувство долга.

Если вы дочитали до этого абзаца, у меня к вам небольшая просьба. Нет, вам не нужно ставить себя на ее место – я не желаю вам плохого. Просто если когда-нибудь вы поймаете себя на мысли, что судите кого-то (даже собаку или комара), остановитесь и подумайте: что я вообще о ней знаю?

Благодарю».

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Роды с мамой или сестрой: стоит ли? Женщины делятся впечатлениями

Вам будет интересно!