Так получилось, что отношения с семьёй у меня не складываются. Когда мне был год, нас выгнала из дома мамина мама, потому что я много плакала. Мы переехали сначала в деревню, я обзавелась сестрой, а потом вернулись назад в город, потому что мама хотела дать нам нормальное образование. Жили мы в квартире родителей отца, они же переехали за город в тот дом.
Когда я переходила в 9 класс, родители развелись. Отцу казалось, что мама ходит по мужикам, а нас бросает одних. Конечно, это было не так. Было рукоприкладство со стороны отца, скандалы и мы ушли назад к маминой маме — которая нас выгнала много лет назад. Папа верил, что мы вернёмся назад, так как жить с бабушкой нормально невозможно.
С семьёй отца общение прервалось. Он платил минимальные алименты по липовой справке, на этом практически все. Дома у бабушки тоже было много скандалов. Особенно за уборку. Вплоть до залегания под шкаф с белым платком — проверка на наличие пыли. Или ещё какой повод найдётся. И так каждый день.
Я стала кочевать на ночёвки к друзьям. Мне надоели склоки и ор. Я говорила, что как только мне исполнится 18 — я уйду из дома. Так и случилось. Экзамены я сдала отлично, но не поступила. Неорганизованность — мое слабое место: я не подала документы вовремя.
Я уже жила с человеком, который стал моим мужем. Случилась беременность. Я была не готова, но муж был счастлив. Речи об аборте не было. Сначала мы жили на съёмной квартире, потом у родителей мужа: требовалось много денег для сохранения беременности, денег не хватало на аренду. В итоге родилась здоровая доченька, а жить остались у родителей мужа. Станица: свежий воздух, свое молоко, овощи, фрукты.
Когда родилась маленькая, моя мама решила переехать к человеку, которого полюбила — это на другом конце страны. Сестра подала документы в колледж в город, в который уезжала мама, а бабушка скончалась перед маминым отъездом. Сентябрь — сестра уже уехала, а мама должна была уехать в тот самый день, когда случилась беда.
В городе мне жить не разрешила моя мама. Мол, лучше сдавать. Так и сделали. Мама вернулась в этом ноябре, сестра ещё учится там. Уезжала мама в 14 году, приехала в 17. Говорю, чтобы потом не возвращаться к этому.
Когда нашей дочке исполнилось 9 месяцев, я решила, что тёрки мои и моих родителей не должны касаться ребёнка: у нее есть право на общение со всеми. Дочку полюбил и отец, и его родные. Казалось, все отлично.
Потом я забеременела второй, когда старшей был год. Мне всегда хотелось двоих и лучше с разницей в два года. Так и вышло. Беременность второй протекала не так легко. У старшей портился характер: сложно взять ребенка в ежовые рукавицы в нужный момент, когда она сбегает к бабушке.
Беременность протекла не так легко: токсикоз до 40 недели, усталость, ЗВУР (задержка внутриутробного развития) поставили по ошибке и о КС не шло речи. Закончилось 4 кг. веса у ребенка, роды естественные, но тяжёлые. Мне казалось, ребенок мертв — мне часто по ночам снились эти кошмары. И сложно было убедить себя, что все относительно в порядке.
Депрессия оказалась слишком сильной. Гнев, усталость, жалость и стыд — вот и все, что я испытывала дома 6 месяцев подряд. Я бросила все силы на борьбу с собой. Этого было мало. Я таяла, как свечка. Я не могла есть. Я была истощена. Ухаживать за детьми было тяжело физически. Я боялась своих психозов — загоняла их глубже без шанса выплеснуть. Завела инстаграм, чтобы хоть туда выгружать часть эмоций и отвлекаться, но реальность не радовала.
Сначала сгорело молоко (а откуда ему быть при истощении?). Младшую рвало жидкой пищей. Старшая ревновала. Когда начали подбирать смесь, ни одна не подходила. Нашли к 4м месяцам. Колики, рвоты, крики, укачивания. Это был ад. Потом муж отпускал меня во внешний мир, сам сидел с младшей. Это был единственный способ дать нормального внимания старшей и дать развеяться мне.
С полугода ввели прикорм и ситуация с весом (который сложно было контролировать с рвотой) стабилизировалась. К 9 месяцам младшей мы переехали в отдельный дом, который отдали родители мужа. Пошла адаптация у детей к новому месту и мои попытки обжить дом. Ведь у меня не было (и нет) чувства, что у меня есть своя крыша над головой, которую не придется покинуть в любой момент.
Я старалась вить семейное гнездо, но у старшей разгорелся кризис трёх лет, у младшей резались зубы с жаром под 40. Мне пришлось отложить попытки навести свои порядки в доме. Главное — выжить в этом аду и не свалиться.
К году картина поменялась. Депрессию удалось сделать более лёгкой за счёт отдыха в блоге, но встали другие проблемы. В три года ребенок не говорит. Я скупала книги в ущерб пище (т.е. отрезала себя от нормального питания, дети и муж ели нормально). Занималась вопреки словам педиатра: «Проверьте на инвалидность, а лучше купить лекарства прямо сейчас». Я забила на все, чтобы вытащить ребенка из отставания.
Я бросила на это почти всю себя. Я вытащила. Ребенок заговорил. Занималась и дальше. Поняла, что скоро выгорю и меня опять накроет депрессия. Занялась фотосъемками, чтобы зарабатывать на себя, детей и не киснуть. На быт сил не оставалось.
Если до детей я весила 78 кг., ко вторым родам 72 (я старалась набрать вес), то к году второго ребенка я весила 50. Тот год съел мое здоровье. У меня не хватает зубов, три волосины на голове, дикая слабость и постоянная боль в спине и от головы.
Я физически не способна вести нормально быт. Убирать за детьми, которые игнорируют горшок. Готовить кучу еды, стирать тонны одежды, потому что горшок не в почете и бесконечно мыть полы с кислотой. Дела копились, сил хватало делать что-то одно. Муж занял позицию: «Я все делать за тебя не буду» (при том, что он — безработный).
Так прошел год. Работу он через несколько месяцев нашел, но выгнали за больничный. Старшая склонна к стенозам, пришлось ложиться в больницу, а младшую — оставить на мужа. Работник на больничном не нужен — можно подтереться выпиской с больницы, рассказывать про ребенка, которого еле успели довезти: начальнику плевать, всегда есть желающие работать без больничных.
Работы в станице мало, я работать не смогла: сломался фотоаппарат, чинить дороже, чем купить новый, так и сидели на шабашках, то я статью напишу, то обработаю кому-то фото, то муж грузчиком пошабашит, и семья поможет.
Младшая же тем временем дала понять, что у нее СДВГ (хоть и рано говорить, но видно). Ее нельзя вывести из дома — орет и валяется на земле. Какой садик может быть? Мне б ее выправить. В ее голове не срабатывает слово «нельзя» — битье посуды, стены в дерьме, драки, истерики. С ней сложно совладать, и сон безрежимный. Она просто не может заснуть, если ей приснилось что-то и бесится до утра. Какие уборки, готовки, если за ней по пятам нужно ходить? В туалет отойти и то молишься, чтобы не случилось ничего.
Ей скоро два. У меня осталось две проблемы: ее поведение и мое здоровье (привет, гипоклемия — может, и диабет, у меня нет денег на контроль сахара. Это помимо тучи диагнозов). Вот будет хоть одно — или на работу, или бабочкой порхать со шваброй по дому. Я это понимаю, муж понимает, но приезжают бабушки и туши свет. Пол не везде подмела, стирки гора — и всем пофиг, что пальцы в язвах от химии для уборки, на заднице геморрой от вёдер с водой для полов, что не спала всю ночь, чтобы убрать детскую до идеального состояния — начинается трепка.
Мол, отец приедет и побьет, что дом у нас отобрать надо. И что я не работаю — могла б быть образцовой хозяйкой. Детей отобрать и в детдом или лечебницу, что вот в наше время и т.д. — и бесполезно объяснять, что мне дети дороже блестящих полов, что в любой момент одна начнет болеть со стенозом, а вторая — глаза ложкой выколет. Что я на физическом пределе и все равно стараюсь — вот, видно же, что убираю. Просят отдать им все наши документы — мол, порядка нет, а у них целее будет, а я знаю, что это насилие. Изводить морально. Шантаж детьми.
Отдам документы — назад не заберу. И вроде как помогут — детям еды, конфет, а потом насилуют нравоучениями с обещанием избить меня и мою маму. Так ведь было с моей мамой, которая уехала подальше от всех и только недавно вернулась. Собственно, только она меня и не упрекает.
Был визит недавно «любящей» бабушки. Она так и говорит — я же любя. Ревела два часа. Не знаю, что делать с этим всем. Послать — не могу, но этого хочется все больше. Ждать, пока наладится все с работой и болячками — тяжело, хоть и с виду прогресс.
Далее, если я номер поменяю, адрес так просто не сменить. На квартиру мне ещё пахать и пахать, тяжёлый труд меня отправит в больницу, а свое дело поднимать долго. Может, вы подскажите выход, потому что я его уже не вижу. Я не знаю, как сократить. Я не могу подойти к тексту с холодной головой и нормально перечитать. Все кипит внутри.
Если вы тоже хотите рассказать свою историю: выговориться или получить совет, присылайте письмо на почту: nastya@mamamobil.ru. Анонимность гарантируем.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
