Анастасия – мама Сони (2.10) и Мирона (1.3) живет в подмосковном Пушкино. Как роды могут превратить жизнь в ад на Земле? Почему грудное молоко нельзя давать, если у тебя золотистый стафилококк? Об этом и многом другом в нашем интервью.
Я знаю, что со старшей Соней ты перехаживала срок…
Да. Когда пришло время рожать, никаких позывов не было. То есть я дышать уже не могла, 40 недель прошли, а ничего нет. Врач предложила мне лечь на стимуляцию, и я согласилась. 4 дня меня стимулировали – ничего, хотя девчонок с одной таблетки увозили в родовую. А у меня ни воды не отходят, ни схватки не начинаются. На четвертый день я устала ждать, попросила врачей меня выпустить и они разрешили сходить до мамы, она живет неподалеку от роддома. Я дошла до нее пешком, там где-то километра полтора, выпила чай и у меня отошли воды.
Теперь рассказывай Соне, что чаем ее выманила.
Мама шутит, что она на тортик попросилась. А я ехала обратно в больницу такая счастливая, типа, ура, я рожаю, наконец-то. Радости добавлял и тот факт, что воды отошли, а боли нет. Впрочем, схваток тоже не было. Я отходила с КТГ 4 часа, потом мне сказали, что ждать дальше нечего, отвели меня в родовую и поставили капельницу с окситоцином. Вот тут-то я ощутила все прелести родов.
Не родов, а, скорее, окситоцина. Ух, он такой, что врагу не пожелаешь!
Говорят, что свои схватки вполне терпимы, с окситоцином, реально, застрелите меня. Я разговаривала со многими девочками, прошедшими через это, и все говорят, что ощущения совсем другие: какие-то сильные, острые, синтетические. То есть такая боль, что ее терпеть сложно.
Еще все же зависит от количества…
Мне капельницу включили так сильно, что схватки шли не по нарастающей, а сразу мощно. От их силы начало судорогой сводить лицо. Губы перестали двигаться. Я спросила у врача, нормально ли это? На что она мне сказала, что в родах и не такое бывает.
Но потом я больше не могла это терпеть, начала плакать, что мне больно, позовите мою маму, я не могу. Я ходила и стонала. Когда мама приехала, у меня от сильных схваток начало сводить судорогой ноги. В это время начинал падать пульс не только у меня, но и у ребенка тоже.
И никто ничего не делал?
Мама сбегала за врачом, тот пришел, посмотрел и сказал, что открытие только 5 пальцев, по сути, я на середине пути. Вот только даже такие сильные схватки не помогают раскрытию.
Раскрывать руками решили. Двое держали мне руки, пока врач там ковырялся. Это был какой-то нереальный треш. Я еще с такой силой тужилась потом, что у меня зрение с -2 упало до +2, но вытолкать ее все равно не смогла, пришлось делать эпизиотомию. Достали Соню, а она дышит плохо, ее почти сразу же унесли в интенсивную терапию на маску, и я увидела ее только через сутки.
Что с ней было?
Оказалось, что Соня покакала в воды еще в утробе, но никто по УЗИ ничего не заметил. В результате она их нахлебалась, у нее забилась носоглотка. К счастью, все это не опустилось в легкие, иначе пневмонии было бы не избежать. Поэтому хорошо, что я согласилась на стимуляцию, это было верное решение.
Когда вас выписали?
Сам меконий мы вычищали еще 2 недели, а выписали нас из роддома на 3 день. А спустя неделю после выписки Соня перестала нормально спать. То есть я покормлю ее, уложу, она уснет, а потом в животе начинается бульканье и она просыпается. Она так сильно орала, что я даже ходила к нашему педиатру с памперсом, говорила, посмотрите, ее явно что-то беспокоит, ребенку плохо. У нее по телу пошли красные пятна, которые шелушились. На что педиатр говорила мне, ой, у вас все хорошо, она просто цветёт, кормите дальше.
Ты знаешь, это, наверное, самая популярная фраза врачей-педиатров. У них на все вопросы – ребенок цветёт.
Вот-вот. А потом как-то муж пришел домой, а я сижу с ней на руках. Соня орет, и я сама плачу, потому что мне было ее жалко, и я не знала, что с ней делать дальше. Тогда муж сказал, собирайся, поедем в платную клинику.
Там нашли причину?
Мы приехали туда, врач сразу же с порога: у вас золотистый стафилококк. На мои вопросы, что делать дальше, она сказала, что можно лечить, но грудь – это такой сложный инструмент с большим количеством каналов и если где-то останется бактерия, то буквально через месяц она снова вырастет в колонию и все лечение начнется заново. А лечение – это антибиотики, которые принимает мама, а они попадают с молоком к ребенку. Поэтому она рекомендовала мне пролечиться самой антибиотиками, а Соню перевести на детскую смесь и завязать с ГВ.
А анализы ты все-таки сдавала или поверил на слово?
Конечно, я все-таки сдавала анализ на золотистый стафилококк. Приносила грудное молоко в частную лабораторию на посев, по стоимости около 1 000 рублей. И там этого стафилококка было столько, что показатели зашкаливали.
А откуда взялся золотистый стафилококк?
Обычно говорят, что в роддоме занесли, но, я думаю, что у меня он был в кишечнике. Когда на третьем месяце мне из-за тонуса кололи магнезию, она расслабила не только весь организм, но и кишечник. И-за этого у меня были проблемы со стулом, и я сдавала анализы. Они еще тогда показали его наличие в организме. Но я его не лечила, потому что врач сказала, что не надо. Кто думал, что он попадет в грудное молоко?
И что ты решила делать с ГВ? Сворачивать?
Я когда пришла после педиатра, купила смесь и тут же дала ее Соне, и она уснула. Почти сутки ребенок спал как нормальный человек. Она только спала и ела. Тогда я поняла, что дети бывают милыми.
Продолжение интервью — читайте ЗДЕСЬ.
Сейчас сервис МамаМобиль временно не работает, но вы всё ещё можете поделиться своей историей — просто напишите нам на почту: nastya@mamamobil.ru. А пока — загляните в другие интервью с мамами: возможно, среди них найдётся та, которая говорит о вашем опыте вслух.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
