пересадка печени фото

Все будущие родители мечтают только об одном – пусть малыш родится здоровым. Однако Таре Лэдд из Австралии не повезло, и сегодня она рассказывает свою историю в надежде, что вы задумаетесь о том, насколько важно донорство органов.

«Закрутилось»

Однажды поздно вечером, в разгар пандемии, нам позвонили и сказали: «Я звоню из отделения трансплантации печени. У нас есть печень для Ари».

Ари – мой 11-месячный сын. Когда ему было 3 недели, мы поехали к врачу с подозрением на простуду, но доктор, показав на желтоватый живот сына, предложил сдать кровь на анализ. Это стало началом самого трудного года в моей жизни.

«Редкий диагноз»

Через несколько дней врачи сообщили, что у моего сына редкое заболевание (1 случай на каждые 20 000 родов) – атрезия желчный путей. Нас ждала 8-часовая операция, на которой хирург должен был соединить тонкий кишечник с печенью, чтобы слить желчь, которая не могла пройти через протоки. Осложнений после операции не было, и мы надеялись, что все будет хорошо.

Однако через три месяца печень Ари перестала справляться, и мы узнали, что она не продержится и двух лет. Врачи начали готовить его к пересадке, наши дни заполнились бесконечными анализами, встречами с хирургами, специалистами, консультантами. Мы постоянно разговаривали о рисках и последствиях, обсуждали план «Б», в результате которого донором становилась я сама.

«Стоп!»

В марте, когда люди ссорились из-за туалетной бумаги, место сына в очереди на пересадку сместилось не в нашу пользу. Он простудился и из-за избытка жидкости в его животе образовались две грыжи. Требовалась еще одна операция. Из-за карантинных ограничений мы с мужем чередовались день-ночь, чтобы только быть рядом с ним. Выздоровление стало праздником, нас снова поставили в очередь на печень. Вот только я никак не могла смириться с мыслью, что кто-то должен потерять своего любимого человека, чтобы мой ребенок жил.

К счастью, этот день прошел лучше, чем мы ожидали. Операция была запланирована на 11.30 утра, но мы приехали в больницу накануне, чтобы подготовиться. Это была десятая поездка Ари в больницу за 9 месяцев. Я помню, как мы ехали по пустым и темным дорогам, и я плакала из-за возможности, которую нам подарили, и от печали, которую чувствовала к семье донора.

Могло ли все это быть началом «нормальной жизни»?

Ари был первым пациентом с трансплантацией печени, которого приняли во время карантина. Мое сердце выпрыгивало из груди, когда я несла сына в операционную и там плакала, держа его за руку, прежде чем он заснул. Разрыдавшись, я вышла. Медсестра уверяла меня, что их хирурги – одни из лучших, но я это знала сама. Мои слезы были освобождением от всего того, через что мы прошли. Они были началом новой нормальной жизни.

Только через 11 мучительных часов нам позвонили и сказали, что операция прошла успешно и печень уже работает. Посреди ночи, когда мы смотрели, как дышит его маленькое тело в бинтах и скрепках, наша новая жизнь медленно обретала очертания.

Через три дня его перевели из реанимации, а через четыре желтизна начала сходить с его кожи. Мы впервые увидели, как он сел без посторонней помощи, потому что теперь ему не мешала воспаленная печень и селезенка. Через 3 недели мы вернулись домой.

С каждой неделей сын становился все здоровее и сильнее, а анализы крови все лучше и лучше. Теперь он мог нормально есть и стал быстро набирать вес.

«Дорога, которая еще впереди»

У Ари на всю жизнь ослабленный иммунитет. Теперь мы всегда должны держать руку на пульсе и следить за его здоровьем. Если температура поднимется до 38,5, мы обязаны приехать в больницу. Ему нельзя делать прививки. Но его жизнь вне опасности. И мы не можем перестать благодарить врачей, донора, благотворительную организацию, которые помогли нам через это пройти.

Наш первый год в качестве родителей оказался совсем не таким, как мы себе представляли. Но наш ребенок научил нас быть сильными и уверенными.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: «Нет волос? Мне все равно!»: мама учит лысую дочь любить себя в любом виде

Вам будет интересно!