Невероятная история Ольги из Волгограда.

С мужем мы с 1998 года, с моего 11 класса (разница у нас с ним три года). Сначала за ручки, потом объятия, любовь, армия, свадьба, долгие попытки зачатия и лишь в 2008 году рождение первенца – Алёнушки. Мечтала о погодках, но работа перевесила, да и оказалось не по щелчку у нас это получается.

В 2012 году апоплексия правого яичника (разрыв кисты, многочасовые дилеммы хирурга и гинеколога, чья я пациентка, привели к большой внутренней кровопотере). С тех пор решила, что не суждено стать дважды мамой, ведь с полным набором столько времени не удавалось, а с одним яичником и мечтать не стоит.

В 2015 сестрёнка родила сыночка, и муж стал намекать: «А давай всё-таки родим!». Решила пройти врачей, вернее, главного в этом деле. Заодно сообщила врачу о намерении прижечь давнишнюю эрозию, на что получила отказ со ссылкой на письменное распоряжение Минздрава, запрещающего подобного рода манипуляции без острой необходимости с осуществлением наблюдения и контроля.

Фото: @olaim82

Я вздохнула с облегчением, так как дико боялась процедуры прижигания. После обсуждения была проведена кольпоскопия с результатом «Без патологии». Для профилактики, в связи с наличием ВПЧ 16 типа, прописали уколы через день, параллельно сдала кучу анализов, УЗИ, и в итоге получила «добро» от врача на зачатие.

Если честно, прошла всё это для чистоты совести, ведь понимала, что шансы минимальны. Но сказала мужу, что пробуем до конца 2017 года, потом всё, ну куда – мне 35. Весь период, при минимальной задержке, куча тестов, которые в конце уже на автомате делала без всякого энтузиазма.

В 2018 больше это не обсуждали, работы было очень много, часто приходилось сидеть за компом, дни пролетали, ночи проносились. Как-то в начале апреля начал тянуть низ живота, ну, думаю, застыла, наверное, надо к врачу.

Муж вечером предложил купить тест, я по привычке согласилась и решила до утра не ждать, какая разница, быстрее сделаю, выкину и не буду думать. Пошла в туалет, только опустила палочку в ёмкость, как на ней молниеносно проявились две бордово-яркие полоски…

У меня шок. Я вышла из туалета и, когда муж спросил в чём дело, швырнула в него тестом и разревелась со словами: «Я боюсь, я старая и истерическая, вдруг моих нервов не хватит, ведь я с трудом делаю с дочерью уроки, чтоб её не прибить, а тут…». Я ревела как ненормальная, а он взял меня на руки и кружил по всей комнате, твердя, что я дурёха и всё будет хорошо.

Через пару дней УЗИ. Оказывается, уже 9 недель, а я с этой работой не уследила за циклом, первый раз за столько лет! Решила встать на учёт в частную клинику возле дома для экономии времени, выбрав, на мой взгляд, самого лучшего врача, имеющего дополнительную квалификацию по патологии шейки матки. На приёме врач сказала, что визуально ей очень не нравится моя эрозия, нужна видео-кольпоскопия.

По результатам было похоже на дисплазию тяжелой степени и нужно делать биопсию, параллельно взяв анализ на гистологию. Биопсию, чтобы не спровоцировать сокращение матки, было решено сделать в 16 недель. Сказать, что я нервничала следующие два месяца – это ничего не сказать…

Очень тяжело ликовать от счастья вновь испытать материнство и параллельно бояться неизвестности в ожидании приговора.

Настал день Х, с помощью лазера был взят анализ на биопсию и пошли ещё несколько дней ожидания, хотя я уже сдала кровь на плоскоклеточный рак и получила положительный результат. Пришли результаты биопсии, диагноз – CIN III (H-SIL) шейки матки с очагами Ca in situ с распространением по железам без инвазии стромы, хронический ВПЧ ассоциированный цервицит, цервикальная эктопия. Один из краев фрагмента совпадает с краем опухоли.

Код МКБ-10 D06 (как в написано в заключении). Если проще – плоскоклеточный рак на фоне тяжёлой дисплазии неизвестной степени инвазии (для определения насколько он проник, нужно было делать выскабливание из полости матки, что при беременности априори невозможно).

Врач сказала, что разумнее прервать беременность и заняться лечением, пока не поздно, так как практика показывает, что гормональный фон при беременности может молниеносно ускорить процесс развития болезни и тогда лечение будет более жёстким, к тому же сосуды при беременности гораздо шире, в связи с чем, клетки распространяются быстрее.

Я отказалась. Во-первых, я, в принципе, не смогла бы убить кроху, шевеления которого я уже неделю ощущала в себе. Во-вторых, сама мысль об этом была предательской. Ведь если бы не этот комочек, я бы не узнала о проблеме. Протекает эта болезнь бессимптомно, проявляясь лишь на последних стадиях и я, в благодарность за своё спасение, должна принести его в жертву?

Нет уж, стреляйте, но вместе до победного…

Получаю направление в онкоцентр. Боже! Никогда не думала, что у нас так много онкобольных.

В онкоцентре просят стёкла на пересмотр (ранее взятую биопсию), на это опять уходит время. Результат подтверждается. На этой стадии необходимо удаление поражённых участков с шейки матки. Выслушав от врачей последствия бездействия, соглашаюсь, понимая, что есть риск прерывания.

Тут заведующая уходит в отпуск. Решает всё только она. Опять время. Срок 22 недели, заведующая вышла, прихожу на приём, она просит написать отказ от операции, так как риск очень высокий, а срок такой, что они обязаны в случае чего спасать плод, а неонатологов у них в штате не предусмотрено и к тому же она не обладает навыками сохраняющей терапии. Да и понятное дело спасать 22-недельного кроху, только обрекать на мучения.

Отказ не пишу. Она, чтобы снова отложить приём, берёт опять жидкостную цитологию и назначает следующий приём. При следующей явке заведующая по-прежнему против операции, настойчиво заявляет, что не сохраним. Я спросила, почему нельзя пригласить на операцию специалистов из обычного роддома, обладающих навыками акушера (неонатолога). Ответили, что дело в финансировании, при возмещении затрат на операцию страховой компанией, просто невозможно поделить кому сколько заплатить. Боже мой, есть возможность, но упирается в деньги. Как? 21 век!

Фото: @olaim82

Посоветовавшись со своим врачом и близкими, я два раза слетала в Москву на консультацию сначала в Герцена, где в заключении написали «родоразрешение путём КС в 30 недель с последующей ампутацией шейки матки через два месяца после родов» и в клинику Кулакова, врачи которой рекомендовали «родоразрешение путём КС в 38 недель с последующей конизацией через два месяца после родов». Ещё предложили два курса химиотерапии, отчего я была в полнейшем шоке и разумеется отказалась.

Вернулась на родину, сказала заведующей, что не буду оперироваться до родов и продолжила сдавать анализы и УЗИ лимфоузлов с прежней регулярностью.

Вообще, на удивление, беременность прошла очень легко. Долго я вживалась в образ карапуза, и работала до последнего, даже последняя рабочая встреча была за день до госпитализации. Вспоминала о животе, когда, открывая холодильник, врезалась в него дверцей или садясь за компьютерный стол, не пролазила между ним и стулом. Разумеется, спина болела на последних сроках, но это ж нормально. Единственное, из-за постоянного опасения, больше половины моих знакомых не знали о моей беременности, я практически не фотографировалась, пока точно не решила отказаться от операции. Я даже подушку для беременных не покупала, боялась, вдруг что, она напоминать будет.

В итоге ПКС и ожидание двух месяцев для сдачи анализов перед операцией. Операцию назначили на 29 января. Я переживала, что положат на несколько дней и ГВ накроется, а я так этого не хочу.

Запасла молока, на всякий случай купила смесь и пошла сдаваться в назначенный день. Попала к очень хорошему хирургу, договорилась на лёгкий наркоз (через несколько часов можно кормить малыша), отходила очень легко, проснулась и всё, операция минут 20-30. Через три часа полностью пришла в себя, кроме ощущения тянущих болей внизу живота, как при месячных, вроде ничего. Отпросилась у врача домой – отпустила.

И опять дни ожидания результатов: всё ли удалили и насколько глубоко проникла эта зараза и к чему готовится дальше.

На днях получила результаты. Можно выдохнуть, всё хорошо. Врач во время проведения биопсии при взятии анализа иссекла лазером всю раковую область, тем самым провела лечение. Самое грустное, что написано в заключении, это половой покой строго три месяца.

С материнством появилось столько терпения, что хватает даже на уроки со старшей, я поняла, что была к ней чересчур требовательна, а на самом деле она у меня такая умница. А ещё я осознала, как хочется жить. Мы в жизненной рутине порой не успеваем о многом задуматься, а как оказывается хрупка наша жизнь и часто не зависит от нас.

Cледите за нашими новостями ВКонтакте
Вам будет интересно!
500