Как врач, я внимательно следила за вспышкой COVID-19 в Китае и Италии. Хотя никаких мер в нашем городе не было принято, я все равно забрала детей с занятий по джиу-джитсу и уроков плавания. Я знала, что вирус опасен, хотя остальные и не воспринимали его всерьез.

До 12 марта дети продолжали ходить в детский сад и школу, а после этой даты уже никто не выходил из дома. Я запретила все игры с друзьями и разговоры с соседями. Мы придерживались всех рекомендаций по профилактике, и все сделали правильно. Но Линкольн заболел.

21 марта мой младший сын несколько раз чихнул. Я подумала, что это аллергия. Но следующий день у него появился кашель и заложенность носа. У него не было температуры, поэтому я не волновалась. Я думала, что он просто немного простудился. 27 марта у него поднялась температура до 40,2С. Он выглядел несчастным и жалким. Я начала беспокоиться.

коронавирус ребенок

Утром 28 марта мы первым делом позвонили педиатру. Он поставил диагноз “Пневмония после вирусного заболевания” (что логично) и следующие 2 дня мы давали ему дома антибиотики и кислород. Иногда он выглядел совершенно здоровым, временами – совсем больным. Но в целом, я думала, что с ним все в порядке. К понедельнику, 30 марта, ему перестало хватать кислорода и нас госпитализировали.

Я думала, что мы пробудем в больнице, три, может, четыре дня. Нас определили в палату для тех, кто ждет результатов теста на коронавирус. До тех пор, пока мы не получим отрицательный результат, мы не имеем права покинуть эту палату. Итак, я приехала в больницу с одним 4-летним ребенком, двумя почти пустыми баллонами кислорода, одной сумкой с одеждой, одной с закусками и ноутбуком. В голове у меня крутилась только одна мысль:  что происходит с моим сыном и почему ему быстро становится хуже.

Прием прошел гладко: капельницы, мазки, лекарства, кислород – все было сделано быстро. На момент поступления в больницу ему требовалось 2 литра кислорода. В ту же ночь объем увеличился до 4 литров. На следующий день – 6 литров, затем – 9 литров. Как врач, я знала, что он тяжело дышит. Медицинские термины, используемые для описания дыхательных расстройств — качели дыхания, раздувание носа, хрюканье, втягивание, тахипноэ – у него были все.

Через два дня стали приходить результаты анализов. Кровь не показала классических признаков коронавирусной инфекции. Рентген грудной клетки выглядел довольно неплохо. Врачи скорректировали лечение и заменили ему антибиотики. Несмотря на то, что анализы и рентген не были похожи на коронавирус, Линкольну становилось все хуже и хуже.

Примерно в 7 часов вечера на второй день в больнице к нас пришла доктор и сказала, что результат на COVID-19 положительный. Я начала плакать. Его история заболевания не укладывалась в рамки. Лабораторные исследования не подходили друг к другу. Мы приняли все меры предосторожности. Как же это случилось? Почему это произошло? Я не понимаю.

Как долго это будет продолжаться? Как долго мы пробудем в больнице? А что, если остальные члены моей семьи заболеют так же, как Линкольн? Я же все сделала правильно. Я – врач, и я должна была защитить свою семью, но не смогла. Как можно не думать об этом, когда у твоего маленького мальчика сейчас самый страшный вирус на планете?

В ту ночь я проплакала 4 часа подряд. Я не могла уснуть и отключить свой мозг. Я была в ужасе. И в то же время я почувствовала облегчение. По крайней мере, теперь я знаю, что у него коронавирус и когда он выкарабкается, то не заболеет им вновь.

Через 5 дней после госпитализации Линкольн начал чувствовать себя немного лучше. Он спал по 16 часов в сутки и наконец-то съел банан. До этого он отказывался даже от шоколадного молока и шоколадного мороженого — и это мой ребенок, который раньше первым делом меня спрашивал по утрам: “Мама, ты прячешь от меня шоколад?”.

Мы наконец-то начали снижать объем кислорода и вернулись к 4 литрам. У него все еще был сильный кашель.

— Мама, когда же это прекратится? Мама, я не очень хорошо себя чувствую. Мама, это бесполезно. Мама, я не вернусь домой? – спрашивал меня Линкольн.

Все это время мне нельзя было выходить из комнаты и никому не разрешалось входить в нее, кроме медсестер и врачей в средствах индивидуальной защиты (СИЗ). Мой муж сидел дома с дочками. Несмотря на изоляцию, наши работодатели и школьная община поддерживали нас. Крис и девочки каждый вечер получали свежую еду, а мне наши соседи прислали пакет с салфетками для душа, салфетками для лица и сухим шампунем. Я говорила, что у меня нет здесь душа?

И никто не винил и не стыдил нас за то, что у нашего сына положительный результат теста.

Пожалуйста, оставайтесь в безопасности. Пожалуйста, оставайтесь здоровыми. Пожалуйста, отнеситесь к этому вирусу серьезно — это не шутка.

P.S. После семи дней госпитализации Линкольна отпустили домой, но он будет продолжать нуждаться в кислороде в течение следующих двух-четырех недель.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Женщина, зараженная коронавирусом, умерла во время родов