Правда, люблю. У нас есть особенные фишки и секреты, которые сближают нас и делают сон сладким отдохновением, а не тягостной разлукой.
Во-первых, это теплый разговор о прошедшем дне. Я рассказываю, что мне особенно понравилось, и ребенок подхватывает и поддерживает. Или, наоборот, задает вопросы и ужасно радуется, когда находится еще что-то хорошее, а список этот все не кончается и не кончается.
Мы также обсуждаем дневные горести и печали. Находим утешение и ищем другую сторону медали, равновесие, иногда такое неочевидное. Но радостей больше.
Во-вторых, это, конечно, построение мостика в завтрашний день. Мы смотрим в воссоединение, снижаем тревогу разделения перед черной пропастью ночи. «…Ты сейчас немножко отдохнешь, глазки устали, пусть и они отдыхают, а я пока расскажу тебе, что мы с тобой будем делать, когда ты проснешься. Мы с тобой… почитаем, порисуем, сходим, съездим, слепим, раскрасим, вырежем, приклеим, соберем, разберем, сварим, пожарим, постираем, порежем, найдем, спрячем, побегаем, попрыгаем, полазаем, увидим, поделаем, придумаем, завяжем, приколотим, то, се, пятое, десятое…», список бесконечен и ограничен только нашей фантазией. Да и ею-то не слишком ограничен, честно говоря.
Расставание, сепарация должны меркнуть перед предстоящими удовольствиями воссоединения. Это очень важно и очень просто.
В-третьих, это обещание скорой встречи, даже ночью. «Да-да, сынок, я рядом, я всегда рядом. Мы с тобой обязательно увидимся ночью. Ты мне непременно приснишься. И в этом сне мы с тобой заберемся на самую высокую радугу, усядемся на самой верхотуре и будем сидеть там, свесив ножки, и смотреть вниз на город, отламывая разноцветные кусочки. Красные — клубничные, желтые — ананасовые, а синие — черничные. По крышам домов будут прыгать солнечные зайчики, а мы будем бросать им звездную пыль. И от этого они будут еще ярче сверкать. А потом мы будем скакать по облакам — таким мягким и белым-белым. И встретим на небе летающего бегемота. Он широко откроет пасть и заревет: вот вы где! Спускайтесь скорее, там зебра принесла конфеты из ветра и росы. И мы скатимся по радуге вниз-вниз-вниз, и воздух будет шуметь в ушах, а мы обнимемся и будем радостно визжать на весь сон, так что даже папа в своем сне услышит и прибежит к нам….» Придумывать сны можно бесконечно, в них возможно все, только дайте себе свободу это придумать.
В-четвертых, бесконечное перечисление того, что я в нем люблю. Я люблю твои глазки. И твои бровки. Твои золотые волосы. Твои реснички. Твой носик. Твои ушки. Твои плечики. Твои ручки. И каждый пальчик. И ладошки. И грудку. И животик. И спинку. И попу. И ножки. И коленочки. И розовые пяточки. И снова каждый пальчик. Я люблю тебя сверху и снизу. Спереди и сзади. Изнутри и снаружи. Я люблю тебя, когда ты счастлив. И когда грустишь. И когда молчишь. И когда без умолку трещишь. И когда бегаешь. И когда ходишь. И когда сидишь на месте. И когда лежишь. И когда капризничаешь. И когда балуешься. И когда злишься. И когда обижаешься. И когда хохочешь. И когда плачешь. И когда бросаешь игрушки. И когда хочешь меня ударить. И даже когда ударяешь. И когда смеешься. И когда прижимаешься к моей груди. И когда просишься на ручки. И когда вырываешься из моих объятий. И когда моешься. И когда чистишь зубы. И когда отказываешься чистить зубы. И когда мы встречаемся. И особенно сильно я люблю тебя, когда мы расстаемся.
Я люблю тебя всего и навсегда.
Вчера. Сегодня. И обязательно завтра.
Спокойной ночи, мой ангел.
Анна Выборнова
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Все лучшее – мамам, или почему мы против детоцентризма
